Скрытый текст:
Большинство современников уверенно, что картина мира, построенная на базе научного знания, вполне конструктивна и требует только уточнений и детализации. Даже область фундаментальных исследований приобрела прикладную или технологическую наклонность. Критерием ценности научного поиска стало не познание, как таковое, а применимость открытий в совершенствовании технологий.
Научная картина мира стала неотъемлемой частью удобств и удовлетворённости собой всей сегодняшней цивилизации. Поэтому любая попытка критического взгляда на научную картину мира принимается как покушение на устои западной цивилизации и опровергается давлением авторитетов. Области мистического опыта, бесповоротно ставящие науку в неудобное положение, такие как парапсихология, религиозные и оккультные доктрины просто игнорируются или бездоказательно отрицаются. Внешний наблюдатель видит тупиковую ситуацию неаргументированного отрицания на фоне полной и обоснованной уверенности в себе с обеих сторон. Большей частью защитные реакции с обеих сторон вызывает страх «быть проглоченным» в модель мира «противника».
Однако нет никакой необходимости противостояния. Мистическое видение мира прошло свою проверку временем и списывать его на интеллектуальную недоразвитость сегодня как минимум не рентабельно. Сомневаться в правдивости научного знания тоже может только недостаточно образованный человек, ведь достижения технологий доказали её конструктивность. Научная модель мира, однозначно, правильная. Вопрос только в определении области её применимости. То, что эта область не абсолютная, доказывает наличие аксиоматики. Ведь никто не поспорит, что сумму научного знания мы в праве назвать научной моделью мира. Большая ошибка заключается в том, что между моделью и миром (точнее будет назвать Реальностью) всегда существуют некоторые начальные допущения, задающие правила или логику самого моделирования. Это аксиомы модели. Их забыли как аксиомы, потому что они очевидны и само собой разумеющиеся. Получившееся полное отождествление с моделью вселяет ложную уверенность, что модель Реальности – это реальный мир. Одна из аксиом научной модели мира – пространство. Если кто и попытается найти что-нибудь написанное о пространстве, а не о математических изысках о его кривизне или мерности, то с удивлением обнаружит, что термина «пространство» не найти в большей части уважаемых энциклопедий, толковых словарей и справочников.
Уже с первого шага возникают сложности. Чтобы взглянуть на фундамент научной картины мира, необходимо - для лучшего обозрения - с него слезть. Иначе говоря, критический взгляд на аксиоматику научной модели мира потребует встать на позиции другой аксиоматики. Становится очевидным, что простая смена аксиоматики модели мира неприемлема из-за отсутствия чего-то общего у этих моделей, чего-то позволяющего вести конструктивный диалог. Несовместимость допущений исключает адекватность осмысления увиденного с позиций другой модели. Разная аксиоматика – это разные логики. Перевод между логиками невозможен.
Теоретически возможен ещё один вариант решения задачи исследования аксиоматики используемой модели мира. Это нахождение аксиоматики, превращающей используемые модели мира в частные случаи или в элементы более общей модели, способной интегрировать уже существующие. Пусть в этом месте меня простят представители мистических доктрин, уверенных в абсолютности их моделей мира.
Очевидно, что подход интеграции известных моделей мира должен иметь следующие следствия:
1. Все закономерности научной модели мира должны непротиворечиво «вписаться» в более общую модель мира как частный случай.
2. Все закономерности моделей мира оккультных и религиозных доктрин тоже должны «вписаться» в интегральную модель мира как частный случай.
3. Известные как науке, так и другим традиционным системам знания, парадоксы должны найти своё естественное решение.
4. С позиций интегральной модели должна существовать возможность конструктивного диалога между сторонниками научной картины мира и сторонниками мистических доктрин.
Эту немыслимую задачу мы можем попытаться решить изменением только одной аксиомы – пространство не трёхмерно и оно не является элементом мира. Пространство можем считать только фундаментом модели мира, операционной средой моделирования. А размерность пространства – параметром, задающим предельную сложность модели. Ведь очевидно, что увеличение на единицу мерности пространства моделирования повысит его вместимость в бесконечность раз. А бесконечность – это уже не количественный, а качественный скачок содержания модели. Так что изменение мерности модели - это ее качественное изменение.
Обратим внимание на то, что научная модель мира, являясь суммой научного знания, есть только модель мира. Работоспособная, продуктивная, подтверждаемая личным опытом каждого, но всё-таки модель. Мы настолько отождествлены с научной моделью мира, что у нас не возникает сомнения в том, что воспринимаемый мир – это лишь модель мира или Реальности. Такой поворот мысли может вызвать эмоциональный протест, но, отложив эмоции в сторону, сосредоточимся на формальной стороне подхода. С этой точки зрения нет возможности спорить с тем, что и культура целиком, и индивид в отдельности моделируют окружающий мир и взаимодействуют с ним, опираясь на знание этой модели.
Следовательно, пространство является фундаментом, основой модели мира, а не элементом или свойством самого мира. Этот тезис сам по себе ничего особо не меняет. Смещается только точка зрения, дарящая дополнительную свободу взглядов. Сумма нашего знания о мире превращается в модель Реальности без всякого пересмотра содержания. Единственное, что добавляется, это знание, что научная модель мира - не единственно возможная. Критерий правдивости модели – её практическая применимость, конструктивность. Если шаман достигает намеченного и нам очевидного результата странными или невозможными в нашем понимании методами, это значит, что его модель мира другая, но она вполне работоспособна. Пропадает повод для восторга или испуга.
Далее, чтобы избежать путаницы в терминах, то, что мы пытаемся моделировать, назовём Действительность. Действительность окружает нас и мы сами, со всеми своими попытками осознать и моделировать Действительность, являемся тоже ею или её частью. Нет ничего, что не является Действительностью и всё, что есть, – является Действительностью. Будем считать это допущением или аксиомой интегральной модели, хотя оно тоже очевидно и не противоречит науке.
Пока нам кажется, что мы отдельные и самостоятельные субъекты, нам никто не запретит так думать. Однако сегодня менее противоречиво считать себя частью познающей себя Реальности.
И так подводим первые итоги поиска аксиоматики для интегральной модели Реальности:
1. Пространство не трёхмерно и оно не является элементом Действительности.
2. Пространство – это только операционная среда моделирования более сложной, чем любая её модель, Реальности.
3. Мерность пространства моделирования – это мера предельной сложности модели, а не атрибут Действительности.
Заметим ещё одну деталь: любое доступное нам пространство моделирования – трёхмерно (явь, сон, транс….). «Нормальные» представители человечества способны строить не более и не менее чем трёхмерные модели Действительности. Это задает определённый потолок сложности модели, с которым уже столкнулись первопроходцы в разных областях науки. Число парадоксов и тупиков в научном поиске растёт с каждым годом, вызывая всё крепнущее подозрение, что в научном подходе на самом фундаментальном уровне допущена ошибка. Но если следовать логике изложенного, это не ошибка, а предел возможностей трёхмерного моделирования. Оказывается, западная цивилизация приближается к пределу возможностей трёхмерного моделирования Реальности. Накопленные парадоксы свидетельствует об этом. В таком случае, потенциально, для человека открываются немыслимые просторы познания, а доктрины традиционных или мистических систем знания оказываются путеводными знамениями для следующего, более глубокого этапа
познания Действительности и себя как её части.
Физиология мозга влияет на процессы осознания, но это влияние однобоко: это изменение уровня отождествлённости с «врождённым» алгоритмом осознания. Ничего более радикального добиться не получается. А это значит, что мозг как часть модели физического мира, связан только с одним алгоритмом осознания, представляющим нам Реальность в виде научной модели мира (видимость физической реальности).
Управление осознанием позволяет отличать и осознанно выбирать алгоритмы осознания реальности, добиваться плавного наложения иного видения на обычное видение физического мира, осознавая дополнительные связи и свойства осознаваемого. Подобное «размытие» врождённого алгоритма осознания знакомо тем, кто научился пользоваться интуицией или владеет каким-либо «пограничным» ремеслом. В случае овладения данным механизмом, а это только механизм осознания, экспериментатору собственным осознанием будет понятно происходящее с ним и он даже не попытается искать потусторонние силы, другие миры или Божий дар. Но зато у него появится чувство ответственности за им творимое.
Действительность, будучи по-разному отображена разными алгоритмами осознания, в соответствующих операционных средах (пространствах) осознания породит целый ряд видимых миров. Реальность нам может предстать видимостью целого ряда совершенно непохожих между собой миров. Тот, кто занимался измененными состояниями сознания, подтвердит их разительные отличия. А тот, кто применяет измененные состояния сознания (измененные алгоритмы осознания) с целью лечения, подтвердит эффективность таких методов. Тут и напрашивается вывод, что изменение алгоритма осознания – это вовсе не иллюзия, а просто другое видение той же самой Реальности (или Действительности). И в этом месте мы приходим к поразительному выводу, что Реальность (Действительность) невообразимо сложна, раз есть возможность ее осознавать столь многими способами и каждый из этих способов осознания, овладев им, позволяет результативно взаимодействовать с ней.
В результате получаем контуры интегральной модели Реальности:
1. Мы не способны напрямую осознать Действительность.
2. Для взаимодействия с Действительностью мы строим модели Реальности и, отождествившись с ними, через них осознаём отдельные аспекты Действительности, обусловленные аксиоматикой конкретной модели Реальности.
3. Пространство – это не более чем операционная среда конкретного осознания Действительности и является только основой моделирования.
4. Возможны разные конструктивные алгоритмы осознания, а научная модель мира является только одним из них. Разные алгоритмы осознания – это переживание разных пространств.
5. В четырёхмерной модели Реальности решаются все возможные парадоксы трёхмерных моделей Действительности, как научной, так и других.
6. Уровень познания Действительности напрямую связан с максимально доступной сложностью моделирования. Ступеньки сложности модели Реальности – это мерность среды моделирования или мерность пространства осознания.
Дополнительно можем заметить, что при следовании предложенной логике исчезает дуализм или поляризованность классических противопоставлений и изложенное - это только легкое прикосновение к одному элементу аксиоматики научной картины мира – пространству.
Т.Т.
Научная картина мира стала неотъемлемой частью удобств и удовлетворённости собой всей сегодняшней цивилизации. Поэтому любая попытка критического взгляда на научную картину мира принимается как покушение на устои западной цивилизации и опровергается давлением авторитетов. Области мистического опыта, бесповоротно ставящие науку в неудобное положение, такие как парапсихология, религиозные и оккультные доктрины просто игнорируются или бездоказательно отрицаются. Внешний наблюдатель видит тупиковую ситуацию неаргументированного отрицания на фоне полной и обоснованной уверенности в себе с обеих сторон. Большей частью защитные реакции с обеих сторон вызывает страх «быть проглоченным» в модель мира «противника».
Однако нет никакой необходимости противостояния. Мистическое видение мира прошло свою проверку временем и списывать его на интеллектуальную недоразвитость сегодня как минимум не рентабельно. Сомневаться в правдивости научного знания тоже может только недостаточно образованный человек, ведь достижения технологий доказали её конструктивность. Научная модель мира, однозначно, правильная. Вопрос только в определении области её применимости. То, что эта область не абсолютная, доказывает наличие аксиоматики. Ведь никто не поспорит, что сумму научного знания мы в праве назвать научной моделью мира. Большая ошибка заключается в том, что между моделью и миром (точнее будет назвать Реальностью) всегда существуют некоторые начальные допущения, задающие правила или логику самого моделирования. Это аксиомы модели. Их забыли как аксиомы, потому что они очевидны и само собой разумеющиеся. Получившееся полное отождествление с моделью вселяет ложную уверенность, что модель Реальности – это реальный мир. Одна из аксиом научной модели мира – пространство. Если кто и попытается найти что-нибудь написанное о пространстве, а не о математических изысках о его кривизне или мерности, то с удивлением обнаружит, что термина «пространство» не найти в большей части уважаемых энциклопедий, толковых словарей и справочников.
Уже с первого шага возникают сложности. Чтобы взглянуть на фундамент научной картины мира, необходимо - для лучшего обозрения - с него слезть. Иначе говоря, критический взгляд на аксиоматику научной модели мира потребует встать на позиции другой аксиоматики. Становится очевидным, что простая смена аксиоматики модели мира неприемлема из-за отсутствия чего-то общего у этих моделей, чего-то позволяющего вести конструктивный диалог. Несовместимость допущений исключает адекватность осмысления увиденного с позиций другой модели. Разная аксиоматика – это разные логики. Перевод между логиками невозможен.
Теоретически возможен ещё один вариант решения задачи исследования аксиоматики используемой модели мира. Это нахождение аксиоматики, превращающей используемые модели мира в частные случаи или в элементы более общей модели, способной интегрировать уже существующие. Пусть в этом месте меня простят представители мистических доктрин, уверенных в абсолютности их моделей мира.
Очевидно, что подход интеграции известных моделей мира должен иметь следующие следствия:
1. Все закономерности научной модели мира должны непротиворечиво «вписаться» в более общую модель мира как частный случай.
2. Все закономерности моделей мира оккультных и религиозных доктрин тоже должны «вписаться» в интегральную модель мира как частный случай.
3. Известные как науке, так и другим традиционным системам знания, парадоксы должны найти своё естественное решение.
4. С позиций интегральной модели должна существовать возможность конструктивного диалога между сторонниками научной картины мира и сторонниками мистических доктрин.
Эту немыслимую задачу мы можем попытаться решить изменением только одной аксиомы – пространство не трёхмерно и оно не является элементом мира. Пространство можем считать только фундаментом модели мира, операционной средой моделирования. А размерность пространства – параметром, задающим предельную сложность модели. Ведь очевидно, что увеличение на единицу мерности пространства моделирования повысит его вместимость в бесконечность раз. А бесконечность – это уже не количественный, а качественный скачок содержания модели. Так что изменение мерности модели - это ее качественное изменение.
Обратим внимание на то, что научная модель мира, являясь суммой научного знания, есть только модель мира. Работоспособная, продуктивная, подтверждаемая личным опытом каждого, но всё-таки модель. Мы настолько отождествлены с научной моделью мира, что у нас не возникает сомнения в том, что воспринимаемый мир – это лишь модель мира или Реальности. Такой поворот мысли может вызвать эмоциональный протест, но, отложив эмоции в сторону, сосредоточимся на формальной стороне подхода. С этой точки зрения нет возможности спорить с тем, что и культура целиком, и индивид в отдельности моделируют окружающий мир и взаимодействуют с ним, опираясь на знание этой модели.
Следовательно, пространство является фундаментом, основой модели мира, а не элементом или свойством самого мира. Этот тезис сам по себе ничего особо не меняет. Смещается только точка зрения, дарящая дополнительную свободу взглядов. Сумма нашего знания о мире превращается в модель Реальности без всякого пересмотра содержания. Единственное, что добавляется, это знание, что научная модель мира - не единственно возможная. Критерий правдивости модели – её практическая применимость, конструктивность. Если шаман достигает намеченного и нам очевидного результата странными или невозможными в нашем понимании методами, это значит, что его модель мира другая, но она вполне работоспособна. Пропадает повод для восторга или испуга.
Далее, чтобы избежать путаницы в терминах, то, что мы пытаемся моделировать, назовём Действительность. Действительность окружает нас и мы сами, со всеми своими попытками осознать и моделировать Действительность, являемся тоже ею или её частью. Нет ничего, что не является Действительностью и всё, что есть, – является Действительностью. Будем считать это допущением или аксиомой интегральной модели, хотя оно тоже очевидно и не противоречит науке.
Пока нам кажется, что мы отдельные и самостоятельные субъекты, нам никто не запретит так думать. Однако сегодня менее противоречиво считать себя частью познающей себя Реальности.
И так подводим первые итоги поиска аксиоматики для интегральной модели Реальности:
1. Пространство не трёхмерно и оно не является элементом Действительности.
2. Пространство – это только операционная среда моделирования более сложной, чем любая её модель, Реальности.
3. Мерность пространства моделирования – это мера предельной сложности модели, а не атрибут Действительности.
Заметим ещё одну деталь: любое доступное нам пространство моделирования – трёхмерно (явь, сон, транс….). «Нормальные» представители человечества способны строить не более и не менее чем трёхмерные модели Действительности. Это задает определённый потолок сложности модели, с которым уже столкнулись первопроходцы в разных областях науки. Число парадоксов и тупиков в научном поиске растёт с каждым годом, вызывая всё крепнущее подозрение, что в научном подходе на самом фундаментальном уровне допущена ошибка. Но если следовать логике изложенного, это не ошибка, а предел возможностей трёхмерного моделирования. Оказывается, западная цивилизация приближается к пределу возможностей трёхмерного моделирования Реальности. Накопленные парадоксы свидетельствует об этом. В таком случае, потенциально, для человека открываются немыслимые просторы познания, а доктрины традиционных или мистических систем знания оказываются путеводными знамениями для следующего, более глубокого этапа
познания Действительности и себя как её части.
Физиология мозга влияет на процессы осознания, но это влияние однобоко: это изменение уровня отождествлённости с «врождённым» алгоритмом осознания. Ничего более радикального добиться не получается. А это значит, что мозг как часть модели физического мира, связан только с одним алгоритмом осознания, представляющим нам Реальность в виде научной модели мира (видимость физической реальности).
Управление осознанием позволяет отличать и осознанно выбирать алгоритмы осознания реальности, добиваться плавного наложения иного видения на обычное видение физического мира, осознавая дополнительные связи и свойства осознаваемого. Подобное «размытие» врождённого алгоритма осознания знакомо тем, кто научился пользоваться интуицией или владеет каким-либо «пограничным» ремеслом. В случае овладения данным механизмом, а это только механизм осознания, экспериментатору собственным осознанием будет понятно происходящее с ним и он даже не попытается искать потусторонние силы, другие миры или Божий дар. Но зато у него появится чувство ответственности за им творимое.
Действительность, будучи по-разному отображена разными алгоритмами осознания, в соответствующих операционных средах (пространствах) осознания породит целый ряд видимых миров. Реальность нам может предстать видимостью целого ряда совершенно непохожих между собой миров. Тот, кто занимался измененными состояниями сознания, подтвердит их разительные отличия. А тот, кто применяет измененные состояния сознания (измененные алгоритмы осознания) с целью лечения, подтвердит эффективность таких методов. Тут и напрашивается вывод, что изменение алгоритма осознания – это вовсе не иллюзия, а просто другое видение той же самой Реальности (или Действительности). И в этом месте мы приходим к поразительному выводу, что Реальность (Действительность) невообразимо сложна, раз есть возможность ее осознавать столь многими способами и каждый из этих способов осознания, овладев им, позволяет результативно взаимодействовать с ней.
В результате получаем контуры интегральной модели Реальности:
1. Мы не способны напрямую осознать Действительность.
2. Для взаимодействия с Действительностью мы строим модели Реальности и, отождествившись с ними, через них осознаём отдельные аспекты Действительности, обусловленные аксиоматикой конкретной модели Реальности.
3. Пространство – это не более чем операционная среда конкретного осознания Действительности и является только основой моделирования.
4. Возможны разные конструктивные алгоритмы осознания, а научная модель мира является только одним из них. Разные алгоритмы осознания – это переживание разных пространств.
5. В четырёхмерной модели Реальности решаются все возможные парадоксы трёхмерных моделей Действительности, как научной, так и других.
6. Уровень познания Действительности напрямую связан с максимально доступной сложностью моделирования. Ступеньки сложности модели Реальности – это мерность среды моделирования или мерность пространства осознания.
Дополнительно можем заметить, что при следовании предложенной логике исчезает дуализм или поляризованность классических противопоставлений и изложенное - это только легкое прикосновение к одному элементу аксиоматики научной картины мира – пространству.
Т.Т.
ты наверно мою тему мало читала. 
это, сестрица, называется жизнь во всей её красе. 
